Марина Казанцева - Перекрёстки времени[СИ]

Дворец располагался на нижних ветвях большого дуба и был крепко связан из жердей, поверх крыт дранкой, на коньке красовался щучий череп с пастью, полной острых зубов, кривая дверь прикрыта шторкой, сделанной из тонкой щепы, поверх нарисован охрой здоровенный смайлик с улыбкой. Дверь выходила на обрубленный конец ветви, который как бы выполнял роль порога. Лестницы к жилищу не было.

- Наташка, к тебе Лён явился! - громко крикнула Мара наверх.

- Давай его сюда! - отозвался изнутри знакомый голос.

- Ты, батюшка, прыгай прямо к порогу, - посоветовала горничная и с довольным видом сложила на грубом переднике руки.

В один момент он совершил прыжок и очутился прямо на ветви, перед шторкой, прикрывающей низенькую дверь.

- Гм, - подал он звук.

- Входите!

Отодвинув шторку, он вошёл и увидал Наташу. Она сидела на корявой табуретке и, задрав ногу на стол, штопала кружевной чулок.

- Ба, какие люди, - сказала она, перепиливая нитку большим ножом.

ГЛАВА 6

- Я тут в стороне поселилась, - стала объяснять она, - духу сырого рыбьего не переношу, знаешь ли.

- Уже слышал, - молвил дивоярец, отыскав ещё одну табуретку и устраиваясь на ней, поскольку потолок дворца был слишком низок, к тому же, под застрехой висели веники из пижмы.

- От мух, - пояснила Наташа.

Была она одета с комической роскошью: платье явно городского типа, но слишком архаичного фасона, будто купеческое. Материал богатый, но кое-где с пятнами и даже дырками. Чулки кружевные, но явно потеряли цвет от стирки. Шёлковые туфли утратили вид. И только волосы Наташи, её красно-медная грива горела ярким, сочным цветом. Лицо у неё чуть загорелое, с прекрасным румянцем, и вся она так же хороша, как нереальна в этой обстановке.

- Я многому их тут научила, - деловито излагала бывшая школьная подруга, объясняя совсем не то, что жаждал слышать Лён.

- Мыло варить научила - надо же чем-то бельё стирать! - рассудительно продолжала она.

- Слышал.

- Варить брагу из дички, носить трусы.

Он кивал, во все глаза разглядывая её.

- Крутить папиросы.

- ?!!

- Ну, это необязательно, - отмахнулась она.

- Наташа... - начал он.

- Вообще-то я не Наташа. Это я только так, перед ними назвалась, чтобы ты меня нашёл. Я знала, что ты сюда вернёшься, и надеялась, что не слишком долго буду ждать. А тот тут, в деревне, одичаешь. Дворец-то у меня, сам видишь, типа летней фазенды. Зимой-то тут не больно поживёшь, а то придётся снова отправляться на поиски задрипанного королевства и притворяться принцессой.

- И кто же ты? - совсем растерялся он. Знал ведь об авантюрном характере своей подруги, но чтоб так!

- Меня зовут Лиланда, - сказала она чётко и раздельно, глядя ему прямо в зрачки своими необыкновенными зелёными глазищами.

- Лиланда, - повторила она, словно внушала. - Я больше не Наташа, в этом мире я Лиланда.

- Откуда ты взяла такое имя?!

- Неважно, но впредь ты должен звать меня так, друг Румистэль.

- Я тут с апреля месяца, когда мы с тобой расстались, кое-что обнаружила, - она показала своей прекрасной рукой в слегка драных кружевах на скромную полку с книгами.

Да, он слышал: Мара говорила, что барыня читает книжки.

- Не знаю, случайно оно или есть в этом какая-то логическая закономерность - мне лично наплевать на это! - но однажды в городском архиве я нашла интересные материалы. Тогда я наряжалась бедным студентом, подрабатывающим ночами, чтобы не привлекать к себе внимания: учёных женщин тут не жалуют. Хотела сгоряча поднять феминистское движение, да плюнула: больно много возни. Студентом - проще. Кое-что я там упёрла, чтобы каждый день в библиотеку не шататься - надоедает, знаешь, ли бюст прятать. Да и вообще, тамошний бургомистр оказался любителем мальчиков. Чёрт, до сих пор нога болит, как вспомню, что врезала ему по жирным яйцам, как он, мерзавец, нащупал мои ягодицы!

- Ну вот, - сказала она, изящно перегибаясь назад в талии, чтобы достать одну из книг с полки, при том деликатно вытянув ножку в драной туфельке в сторону дивоярца - явно для равновесия, - это мемуары одного замечательного человека, который служил секретарём при герцоге, не скажу каком, а до этого был славным лучником, пока не лишился левой руки. Было сие достаточно давно, и история о том уже забыла. Фолиант пылился в библиотечном запаснике и его уже собирались отправить ффтопку, пока черви его не сожрали. Но внучек архивариуса был любознательный пацан и любил книжки с картинками, а в этой книжке картинок полно: наш лучник был очевидцем знаменательных событий и вдобавок талантливым художником, мир праху его. Он рисовал прекрасные карандашные рисунки, думал освоить литографию и продавать эстампы, но не вышло - не оценили. Идея заглохла на корню. А жаль: он написал величественную героическую эпопею о времени блокады Дерн-Хорасада. Белым стихом, между прочим. Ты дёрнулся, дружок? С чего бы это? Белый стих не любишь? Ну, ладно, я продолжу. Господи, когда здесь появится свой Гуттенберг?! Ну нельзя же так бессовестно тормозить процесс развития цивилизации! Все книги рукописные - кошмар! Я чувствовала себя преступницей, когда попёрла из библиотеки это антикварное творение. А, впрочем, дурак бургомистр всё равно собирался его пожечь - какой урон для истории Селембрис! Спасибо вам, дивоярцам: вы цените прекрасное.

Лиланда порылась на столе в груде всякой всячины, отыскала плоскую коробку, достала из неё толстую сигару, ловко откусила кончик, изящно плюнула в угол и извлекла из пальца огонёк. Элегантно раскурила и прищурилась на дивоярца.

- Дурацкая привычка, - призналась она, - досталась мне от боцмана, когда я плавала с пиратами. Но это ещё до того, как я была принцессой Лилианой. Было это ещё в тот год, когда мы заканчивали восьмой класс в среднеобразовательной школе. Надо же, до чего здесь не звучат эти слова - даже выговорить трудно! Да, я тогда обнаружила, что могу самостоятельно перемещаться в Селембрис и ночами частенько ускользала из дома. Ты был тогда чем-то очень занят. А потом мы вообще уехали: я пристроила родителей в хорошем месте, оставила им порядочно денег - спасибо эльфам! - и навсегда свалила в этот дивный мир. Думала я, что с моими способностями всё у меня будет в лучшем виде. И вот ошиблась: все мои начинания и все задумки заканчиваются крахом. Никак не удается устроиться по жизни! Вроде, всё при мне, волшебница тоже недурная, а вот не везёт. Я сплотила вокруг себя команду, думала основать такое плавучее королевство, а сама стать кем-то вроде новой мадам Вонг. Барк наш обстреляла береговая охрана одного королевства - прямо горящими стрелами испохабили все паруса. Посудина затонула, боцман был пьяный - тоже утонул. Команду взяли в плен, а я влюбила в себя молоденького лейтенанта, и он мне помог бежать. Потом мы с ним шатались по дорогам, пели "маму" - шучу. Пели "Очи чёрные", я была Кармен, он был Хосе. Вру опять. Мы просто грабили экипажи. Потом его убили, и я решила завязывать с грабежами и переквалифицироваться в принцессы. Предприятие обещало прибыль, но тут припёрся ты и испортил мне всю обедню. Вот почему я не люблю дивоярцев. Пить будешь?